Афиша
Анонс
Анфас
Аудио-видео
Аttention

Книга «Свободные от любви» на ozon.ru


«Свободные от любви»

Книга новелл (отрывки)

«В книгу петербургской писательницы Веры Орловской включены четыре новеллы: „Диалог”, „Свободные от любви”, „Жить больно”, „Entre nous”. Они соединены неким мостом, перекинутым между героями, не в сюжетном плане, а в общечеловеческом, психологическом. Автор точно передает все нюансы чувств человека, ищущего ответы на сложные вопросы современного мира, порой жестокого и не слишком красивого, в котором живем и мы с вами: надеемся и отчаиваемся, радуемся и огорчаемся, любим и страдаем. И нам порой бывает больно, потому что мы — живые. Так же и герои новелл пытаются сделать тот единственный выбор, который несмотря ни на что — всегда есть. Только бы не забыть об этом. Только бы не забыть…»

 

«Не важно — веришь ли ты в Бога, важно — верит ли он в тебя» — вспомнила Лариса, отдавшись целиком этой единственной спасительной мысли, и пошла вперед…

  

Нет предела нашей глупости, только разум ограничен, как не парадоксально это звучит.

  

…А вообще-то сами мужчины выделяют лишь две причины измены: 1. Вам не нравится то, что у вас есть. 2. Вам нравится то, что у вас нет.

  

Лариса шла по золотой земле, подаренной ей этим утром, но не чувствовала никакой благодарности. Нам всегда мало, мы желаем большего, вернее — всего, не понимая, что всё нам уже дано — при рождении…

(«Диалог»)


Ее тошнило, ее выворачивало наружу, ее корёжило изнутри, выкручивая все кишки. Тело извергало из себя столько дряни, что сотрясалась душа.

  

Она снова стремилась туда, где можно было оглохнуть от музыки, выпить чего-нибудь, чтобы потерять себя, и не найти…. Она пришла в это утро, словно из дремучего далека, пришла в мир, где ее душила свобода: она не знала, что с ней делать, потому что можно было делать всё, но радости это не прибавляло, а тем более — любви. Маша была свободна от всего, и от этого тоже.

  

День падал в закат, и «выпадал в осадок».

  

В укромном уголочке стояли девочки и ученическими проездными карточками разделяли «дороги»

  

Пульсирующий свет бьет больно по глазам, и ты уже перестаешь отделять себя от этой бесформенной массы тел, звуков, и только разлитая в пространстве энергия, уплотняется всё сильнее, это она уже поддерживает утомленные, измученные тела девочек и мальчиков, питающих ее всё больше и больше, выплескивая из себя миазмы своей агрессии, похоти и больного отчаяния такого глубокого, что не хватит никаких децибел, чтобы перекричать его.

(«Свободные от любви»)

Прочитать новеллу целиком

Но Стас знал, что идет война, хотя здесь об этом, как будто не знал никто.

  

— Хорошо, что тебе больше никого убивать не надо. Снег ляжет на землю, и станет всё белым, чистым: пойдешь по снегу, а за тобой следы твои — белые, чистые.

— И ты пойдешь, — хотел крикнуть ему Стас. Но вдруг раздался взрыв, и слова разлетелись во все стороны: одно мычание какое-то голое: по-де-те-ри-у-а-а-а-о… Всё остальное сгорело от напалма. Трава стала черной. Камни горячими. Голова пылала в жару. Он метался по подушке, резко поворачиваясь из стороны в сторону, и стонал, будто ранило его осколками от этого взрыва, но отбросило волной от ребят — сюда, где ничего не грозит ему. «Гроза. Грозный. Зной, — пронеслось в голове Стаса». И он пришел в себя: просто взял и пришел оттуда.

  

И кто сказал, что, зная правду о мире, человек не может любить и быть счастливым сейчас? А может быть именно поэтому , что ему всё известно, — никакие иллюзии не дадут ему шанс отложить свою мечту на потом, отлынить, отмахнуться, потому что всё происходит — сейчас.

(«Жить больно»)


Так вот и живут многие: или с мужчиной, или с неврозом, или с обоими сразу.

  

«Не знаю, есть ли у этого мира, превосходящий его смысл. Знаю только, что в данный момент он для меня непостижим» — знамя абсурдизма. Первомайская демонстрация по-советски.

  

«Любовь — это ответственность». «Любовь — это наслаждение, — думала Таня», но маме такое она сказать не могла.

  

Если ты живешь так, что тебя считают сильной женщиной, то сие не значит, что это — последняя правда.

  

Сексуальное влечение и влечение к самосохранению, как это не примитивно, и есть на самом деле — влечение к жизни. Всё остальное — патология: саморазрушение — возврат в неорганическое состояние — химия — прах.

  

Человек свободен, когда он не думает о свободе: не знать ничего о том, что завтра у тебя всё могут отобрать. Сегодня летаешь, а с утра следующего дня — нелетная погода, или крылья болят, или душа отяжелела под кошельком набитым — в левом нагрудном кармане, что ближе к сердцу.

(«Entre nous»)

 

© А. Фролов, 2007–, вёрстка и дизайн